Вопрос приоритета

Олимпийские игры 1956 года в Мельбурне дали громадный импульс развитию легкой атлетики в Австралии. По всей стране можно было видеть юношей и девушек, упражнявшихся в беге, прыжках в высоту и метаниях. Но никто не заразился энтузиазмом больше, чем Херб Эллиот. Он продолжил тренировки, едва вылечив ступню. Это решение было вызвано впечатлением, которое у него сложилось от блистательной победы Куца.

Парадоксально, но Олимпийские игры не только не вызвали у меня подъема энтузиазма к бегу, но скорее способствовали его уменьшению. Франц Стампфл в конце 1956 года предсказал в мельнбурнской «Аргус», что Мервин Линкольн и Кларк взойдут в 1957 году на вершину большого спорта. Он считал, что Вопрос приоритета Мервин побьет мировой рекорд тех дней на милю (3.58,0), а я «выйду» из четырех минут. Ложность этих предсказаний, возможно, была зловещим предзнаменованием для «Аргуса». Через несколько недель эта газета прекратила свое существование.

Хотя Игры и укрепили мой интерес к легкой атлетике, прежнего импульса у меня уже не было. Если в юниорском возрасте я бил рекорды своей возрастной группы без особого напряжения, то теперь был взрослым спортсменом, которому для поддержания своей репутации нужно было принимать участие в тяжелых битвах. Болезнь не проходила, и это угнетало меня. Кроме того, появившиеся у меня новые интересы отнюдь не способствовали занятиям спортом.

Я Вопрос приоритета все чаще виделся с Хелен, да и учебе приходилось уделять все больше внимания. Когда человек теряет надежду стать чемпионом, очень легко махнуть рукой на снижение результатов. Мои стремления были направлены на овладение профессией в большей степени, чем на завоевание чемпионских титулов, и мир бухгалтерии поглощал меня больше, чем мир спорта. Возможно, что, если бы успех не пришел ко мне так быстро в юношеском возрасте, я был бы менее разочарован в спорте, будучи в начале третьего десятка жизни. А с другой стороны, без раннего успеха я, возможно, вообще ничего не добился бы в легкой атлетике.

Перси Черутти, утверждавший, что Эллиот Вопрос приоритета побьет мои рекорды, сдержал свое слово и, выпустив Херба на дорожку, начал штурм всех моих рекордов. Эллиот с этой задачей справился весьма успешно. Двенадцатого января Херб срезал восемь десятых с моего неофициального мирового рекорда для юниоров на милю, показав 4.06,8. Через несколько недель он победил меня в беге на милю на вечерних состязаниях в Бокс-Хилле.

Встреча в Бокс-Хилле проводилась за несколько дней до того, как Хербу исполнялось девятнадцать лет. Я вышел на дорожку без определенного плана, однако с решением держаться и терпеть, пока хватит сил. После первого круга, на котором Эллиот преследовал меня, он вышел вперед и, хотя я пытался держаться Вопрос приоритета за ним, усталость взяла свое. Шел дождь, и на финиш я пришел весь в грязи... на несколько секунд позже Эллиота, который показал 4.04,4. Настроение у меня было очень скверное.

Возможно, тогда я чрезмерно позволял себе впадать в пораженческие настроения. С тех пор мне хотелось знать, мог бы парень с большим характером бросить вызов этим настроениям и тренироваться напряженнее. Тревожило, однако, не то, что я был нетренирован и совершенно разгромлен в состязании. Беспокойство вызывало совсем иное.



На меня обрушилась критика. Меня дразнил Перси, но люди дразнящие редко побуждают меня к действию. Я становлюсь упрямым и не обращаю на них внимания Вопрос приоритета. Херб, полностью под влиянием Перси, оставался в стороне от всех своих современников, включая и меня. Но и это меня не беспокоило. Позиция других людей – их личное дело.

В этот период я как-то случайно присоединился к Мервину в его тренировочных сериях на Колфилд Рейскурс. Мы все еще нажимали на повторную тренировку, пробегая по четверти мили, отмеряя их по столбам, отмечающим ферлонги (1 ферлонг есть восьмая часть мили, т. е. 201 м.– Прим. пер.). Интервальная тренировка подвергалась критике, в частности, за то, что является монотонной и даже выставляет бегуна в смешном виде как личность. Но есть способы избежать монотонности, а Вопрос приоритета обвинять кого-либо в том, что он тупеет, бегая по определенной трассе, не более, чем чепуха. Атлет бегает, потому что любит бег, и тренируется там, где ему удобно. Перси вдохновлял своих питомцев на бег среди чайных плантаций и вверх и вниз по песчаным холмам. Согласен, что тренироваться на мягкой дорожке рядом с пляжем определенно приятнее, чем таскаться по городским улицам, но ведь не всякий человек живет рядом с пляжем! (Тренировка в усложненном беге по песку также очень хороша, пока бегун не меняет из-за этого технику бега до такой степени, что становится специалистом в таком беге по песку. Необходимы умеренность Вопрос приоритета и правильные соотношения в тренировке.)

Лучшим местом для тренировок, которое мне довелось видеть, является лес в Фонтенбло во Франции, где часто бывает Мишель Жази. Там приятная, мягкая, покрытая листьями земля, которая так же вдохновляет спортсмена, как и художника. Но это место не слишком часто используют французские спортсмены, живущие за сотни миль от него.

После межклубных соревнований на милю, где я показал всего лишь 4.09,4, Стампфл написал, что я бежал слишком напряженно. Он заявил, что главной моей целью было показать хорошее время. «В результате,– добавлял он,– ты начал напрягаться слишком рано и на финише, когда тебе следовало бороться, сам обрек Вопрос приоритета себя на поражение. Если ты с этого момента начнешь концентрировать свое внимание только на самом беге и на победе, результаты в 3.58 или 3.59 придут сами собой».

Межклубная спортивная жизнь продолжала занимать меня, но мои результаты постоянно ухудшались. На полмили, например, я выдержал настоящую битву, чтобы «выйти» из двух минут. Никто не пытался пробудить во мне энтузиазм, да на это и не следовало надеяться. В конечном счете только внутренний импульс может помочь делу. У Стампфла было много других бегунов, требовавших внимания; Нейл Роббинс ушел из спорта и переехал жить в Балларат, а Джек, мой брат, хотя и интересовался моими результатами, тем не менее никогда Вопрос приоритета не вмешивался в мои дела. Здоровье мое еще не было удовлетворительным, и гайморит по-прежнему не оставлял меня в покое.

Я продолжал играть в футбол в третьей команде Эссендона и иногда выходил на тренировки. Так было до моего бракосочетания с Хелен в 1959 году. Из-за моей болезни мы переехали в Дроману, приморский городок на полуострове Морнигтон. Здесь соленые морские бризы сделали больше, чем все медицинское лечение, которое я прошел, и болезнь постепенно прекратилась.

Это были счастливые годы, когда я, подобно миллионам женатых молодых людей, напряженно работал над овладением своей профессией и устройством удобного дома, в котором можно было Вопрос приоритета создать семью. Поскольку моя контора находилась в Ричмонде, за 40 миль от дома, я был вынужден два-три часа в день тратить на переезды, и, естественно, времени для тренировок не оставалось, даже если бы у меня возникло желание тренироваться.

Мой вес увеличился до 80 кг. Я вступил в Гольф-клуб, и продолжал играть в футбол за Хастингс в лиге полуострова. В Дромане была здоровая жизнь, и я ни на какой период не позволял себе прекращать физическую деятельность.

Интересы мои в легкой атлетике ограничивались теперь главным образом помощью Джерри Тиклу и Дону Хьюму в их поисках информации для журнала «Трэк Вопрос приоритета энд Филд». В качестве корреспондентов этого журнала мы брали интервью у различных спортсменов. Однажды я взял магнитофон в лагерь Портси, и Черутти сердечно приветствовал меня и Хелен. После встречи он потребовал, чтобы я посмотрел, как тренируются его бегуны. Возможно, он желал, чтобы я снова примкнул к ним, хотя у меня в то время не было никакого стремления бегать. Вскоре Черутти начал рассуждать о настройке бегуна, пытаясь разжечь меня. В его философии было много сравнений человека с животными, и один раз, иллюстрируя одну из своих идей, он вдруг выпрыгнул из куста и при этом зарычал как лев. Хелен, до того времени не знавшая Вопрос приоритета Перси, перепугалась до безумия. По этой причине мы тотчас упаковались, так и не взяв у него интервью. Позднее я слышал, что Перси Черутти якобы снова отклонил мою просьбу присоединиться к нему и выгнал меня из своего лагеря!

В 1958 году состоялись Британские игры в Кардиффе, а в 1960 году – Олимпийские в Риме. Я ни при каких обстоятельствах не мог быть членом австралийской команды. Однажды мне предсказали две золотые медали на этих соревнованиях, однако, чтобы обрести хорошую спортивную форму, нужны годы, а потерять ее можно очень быстро.

Австралию представляли в те годы Херб, Мервин и два бегуна из Сиднея – Олби Вопрос приоритета Томас и Дэйв Пауэр. Наблюдая за ростом их результатов издалека, я совсем не завидовал им, будучи неспособным представить себя на их месте.

Херб превосходил всех на Играх в Кардиффе, а его победа на Олимпийских играх в Риме на 1500 м с новым мировым рекордом стала величайшим в истории легкой атлетики подвигом, сравнимым лишь разве с выступлениями Пааво Нурми в 1924 году, когда он в один день выиграл 1500 и 5000 м с олимпийскими рекордами.

Триумф Мюррея Халберга на 5000 м в Риме также внушал уважение. Как и большинство атлетов, он был озабочен своей готовностью к битве, но, как только вышел на дорожку, оглядевшись, увидел, что Вопрос приоритета его товарищ по борьбе бледен и потеет. Он посмотрел на остальных своих соперников. «Если и они чувствуют себя не лучше, чем выглядят,– сказал Мюррей самому себе,– то я могу выиграть». Темп бега в финале был невысок, и за три круга до финиша Мюррей дерзко бросил вызов, пробежав круг за 62 секунды. Это и принесло ему золотую медаль. Я видел несколько выступлений Мюррея в Австралии еще до Игр и слышал о его отношении к бегу и противникам. Тогда я не знал, как судить о нем. Теперь понимаю, что несмотря на его жесткий, бескомпромиссный подход к бегу, он чрезвычайно дружелюбный и Вопрос приоритета общительный парень, который многое дал спорту. Конечно, нельзя утверждать, будто он ненавидел своих соперников, что часто ему приписывалось. Скорее всего он считал, что успех кроется только в нем самом (но в то же время считал излишним воодушевлять своих будущих соперников).

Мюррей мог отдохнуть за несколькими стаканами пива, что опровергает ложные утверждения, будто бы он мрачный, всецело посвященный спорту человек, который многим пожертвовал, чтобы взойти на вершину. Говорили, что его парализованная левая рука помогала ему психологически, делая его морально более стойким. Это вовсе не так, если учесть, что он отлично играл в крикет и в регби до того несчастного случая на футбольном Вопрос приоритета поле, который привел к параличу руки. Возможно, парализованная рука могла помочь в беге против часовой стрелки, когда он мог использовать маховые движения правой рукой на виражах.

Оглядываясь в прошлое, можно сказать, что все легкоатлеты из Южного полушария были в невыгодном положении, поскольку не имели возможности выступать в соревнованиях большую часть года. Мы, наверное, радуемся нашему увлечению спортом так же, как и все, но для австралийцев и новозеландцев гораздо труднее приобрести опыт международных встреч, который превращает хороших бегунов в первоклассных чемпионов. Джон Лэнди и Дэйв Стефенс страдали от недостатка международных выступлений, в той же степени это относится и к Вопрос приоритета Хербу Эллиоту. Хотя Херб был неуязвим не миле, он мог бы стать великим бегуном и на полмили, и на 3 мили, если бы имел возможность выступать в этих видах против соперников мирового класса.

В конце 1960 года Хелен и я переехали из Дромены в Хитмонт, расположенный в 18 милях от Мельбурна у подножия Дэндинонг Рейнджз. Наш новый дом был трехъярусной временной конструкцией, поставленной на склоне холма среди деревьев и кустов.

Сдав выпускные экзамены и устроившись на работу поближе, в Лэмсон Парагон в Ричмонде, я стал иметь больше свободного времени. Я решил снова серьезно заняться бегом. Мы с Хелен обговорили эту идею, и Вопрос приоритета было решено: если я не сделаю нового шага в спорт, то всю жизнь потом буду мучиться от сознания, что не сделал того, что мог бы при усердной тренировке. Ни один здравомыслящий человек не будет испытывать удовольствия от того, что растратил свой потенциал впустую.

Согласие Хелен было очень важно. Если бы она обнаружила раздражение тогда или позднее, видя, что я трачу много времени на тренировки, все дело было бы заброшено. Я не испытывал бы радости в тренировке, если бы не чувствовал поддержки Хелен.

Мне было около двадцати четырех лет, и я рассудил, что у меня в запасе не менее Вопрос приоритета шести лет, за которые можно стать первоклассным спортсменом. Должен ли я потратить эти шесть лет впустую? Столько было спортсменов, которые раскаивались потом в своем раннем уходе с дорожки!

Примерно такими были мои размышления. Они привели меня к решению отдавать спорту столько времени, сколько будет возможным. По крайней мере, думалось мне, я смогу приобрести физическую готовность и при некотором везении подвести себя к такой форме, в какой был юниором. А может быть, смогу стать ведущим бегуном на выносливость в штате Виктория?

Я сознавал, что у меня мало надежд подняться до международного уровня. Олби Томас, Дэйв Пауэр и Боб Вэгг были слишком сильны Вопрос приоритета, и я не мог заменить кого-либо из них в австралийской команде, но за три или четыре года я, возможно, буду достаточно хорош, чтобы выступать против них за Викторию в соревнованиях штатов.

Свои первые пробежки я провел с Лессом Перри. Мы бегали по улицам Хитмонта. Лесс, живший поблизости и помогавший организовывать новый легкоатлетический клуб в Рингвуде, так же ревностно относился к бегу, как и в те дни, когда он был чемпионом. В беге мы были странной парой. Лесс был значительно ниже меня ростом и на тринадцать лет старше. Он бежал, как всегда, гримасничая, со склоненной набок головой Вопрос приоритета, в то время как я бежал легко, широкими шагами. Однако всякий раз, когда мы поднимались бегом на холм, Лесс «убивал» меня. В первых двух или трех пробежках я просто не мог держаться рядом с ним, и меня волновало, не слишком ли долго я не принимал участия в соревнованиях.

Мы пробегали по улицам 4 или 5 миль. Это была самая длинная дистанция, которую я пробегал в своей жизни непрерывно. Раньше, выполняя интервальную тренировку, я всегда имел множество перерывов, но теперь работа была неослабевающе жесткой. Я возвращался домой едва волоча ноги.

Лесс, однако, был полон оптимизма и однажды взял меня на пробежку в Колфилд Рейскурс Вопрос приоритета. Это был один из важнейших дней в моей жизни, потому что в Колфилде я встретился с двумя бегунами, которые сыграли решающую роль в моем возвращении в спорт.


documentanrmsqz.html
documentanrnabh.html
documentanrnhlp.html
documentanrnovx.html
documentanrnwgf.html
Документ Вопрос приоритета